ЧТО ЧИТАТЬ В ПЕЧАТНЫХ СМИ

На третий день праздников, когда страна отмечала Новый год, а российские законодатели — пятилетие «закона Димы Яковлева», запрещающего американцам усыновлять наших сирот, в деревеньке Агибалово Смоленской области мучительно умирала 7-летняя Дарина Лучина (имя изменено). По версии следствия, ее задушил приемный отец.

В деревне Стешино Холм-Жирковского района Смоленской области эта пара, к которым позже попала Дарина, появилась в 2016 году. На первый взгляд люди как люди. Муж, жена... Бывшие граждане Украины. Но перебрались к нам задолго до войны. И сразу попросили под опеку сирот. Причин им отказывать не было, и стали они растить приемных детей. Те вели себя тише воды ниже травы, чем пугали соседей. «Их дом через четыре был от нашего, — рассказывает «Московскому комсомольцу» 60-летняя соседка Валентина Михайловна Ковалева. — Мы овец держим, и как-то Петр попросил продать ему пару. И вдруг принялся шутить: мол, не знаю ли я, как у овец в животном мире сексуальное общение происходит, может ли мать со своими детьми спать или отец? Я его тогда резко осадила...»

Предприимчивые опекуны работать не любили, вспоминают в деревне, все делала мелкота, а когда детей забрали настоящие родители, настали тяжелые времена. Новых сирот Стебливской и Романенко взять не позволили, поняли, что все это ради денег и имущества затевается - и попросту прогнали из деревни, Но тех приютили в Агибалове. Там они и появились с четырьмя приемными детьми, среди которых была Дарина. Позже детей стало восемь, и, как говорили деревенские, приезжие не собирались на том останавливаться. Но остановило убийство.

Алла Селеменева из Москвы, переехавшая с семьей в Агибалово, рассказывает, что на самой последней елке в клубе, Дарина была грустна, не читала стихи, не обрадовалась подарку, а потом устроила настоящую истерику, крича, что не пойдет домой, потому что ее там убьют. Но девочке никто не помог. А 3 января ее приемная мать уехала. «Всю ночь из их дома доносились ее крики, а потом — ох, она лежала на диванчике у крыльца в одной рубашонке, а этот изверг еще и отпирался, мол, знать ничего не знаю», — не скупятся нынче на комментарии деревенские. «Изверг», «бес», «сумасшедший» — такими эпитетами щедро награждают они подозреваемого в педофилии и детоубийстве.

А Стебливская, которую утром сняли с поезда в Воронеже, еще до похорон вышла на работу в детский сад, а на кладбище убивалась и говорила, что в мужа вселился бес. При этом одежду его предусмотрительно сожгла, сказав об этом полицейскому хотевшему взять вещи на судмедэкспертизу. Родная мать Дарины - молодая, несчастливая женщина, узнав о смерти дочери, пообещала вернуть остальных малышей. Как она их потеряла - отдельный разговор к органам опеки.

Пять лет назад, когда «закон Димы Яковлева» был триумфально принят большинством голосов в Госдуме при восьми «против», законодатели заявляли, что руководствуются исключительно благом детей. И дело не только в том, что американские усыновители периодически их истязают и убивают, но и в системе, которая создалась вокруг самого института международного усыновления. Но в результате одна порочная практика тут же сменила другую — теперь малышей, особенно в провинции, нередко отдают алкоголикам и тунеядцам, сомнительным личностям, ничего толком не проверяя, пачками. По 10–20 человек в одни руки. И если убивать российских детей в Америке перестали, то теперь их начали убивать на родине.